Задержанный во время волнений в Гродно вечером 11 августа репортер Hrodna.Life Руслан Кулевич остается в изоляторе. О его состоянии и самочувствии известно лишь со слов случайных свидетелей. Еду и воду для него передать не дают. Супруга Руслана Татьяна рассказала нам, как их задерживали.
Обновлено: редакции стало известно, что Руслану дали семь суток. Отбывать наказание будет в ИВС на улице Гая в Гродно.
Близкие Руслана не спали всю минувшую ночь. О задержании Кулевича они узнали после телефонных звонков близких и друзей — у его родственников не работал интернет. Напомним, супругов жестко задержали 11 августа около 20.40 в магазине стройматериалов на углу Горновых и Дарвина.
Сейчас Таня Кулевич в безопасности. У нее дрожат голос, руки, а на глазах периодически наворачиваются слезы, когда она вспоминает о событиях вечера накануне. Ее поддерживают мама Руслана Виктория Иосифовна, его сестры, Анна и Илона. Им удалось выяснить, что сейчас всех задержанных в Гродно, которым по суду дают сутки, везут в Исправительную колонию № 11 Волковыска, так как местные изоляторы переполнены. В изоляторе им дали понять, что ждать каких-то новостей о Руслане можно после обеда 12 августа.
«Не волнуйтесь, их там кормят», — сказали в изоляторе после того, как не взяли передачу для Руслана. Также сотрудник изолятора добавил, что «сам четверо суток не может помыться и сходить в туалет».
Редакция Hrodna.Life наняла адвоката для Руслана Кулевича и подробно расспросила Таню об обстоятельствах жесткого задержания.
Таня Кулевич: «Девочки-журналистки сутки сидели во дворике изолятора на плитке»
Мы вчетвером стояли вдали от скопления людей, возле магазина. Мы были с велосипедами. В один момент подъехали три машины: бус, бронемашина и автозак. Мы забежали в магазин, придержали дверь для девушки-журналистки и не успели закрыть ее — ворвались ОМОНовцы.
ОМОНовцы начали нас хватать, избили хозяина магазина. В какой-то момент мы втроем упали на пол: я, хозяин магазина и сотрудник ОМОН. Я сильно ударилась. В магазине ОМОНовец кричал на меня, пару раз ударил рукой и потащил по улице. У меня слетел кроссовок. Девочке-журналистке ОМОНовцы кричали: «Вставай, сука! Поднимайся, корова. Где телефоны? Давай сумку?».
Мой телефон забрали сразу и, когда отпускали — не отдали. Сказали: «Не нашли».
Потом задерживали Руслана, он кричал: «Не бейте, я — журналист», но это никак не помогало. Руслан смог спрятать телефон и дать знать в редакцию уже из автозака, что его задержали. ОМОНовцы услышали его разговор, отняли телефон и сильно избили. Один ОМОНовец орал нам, что расстрелял бы таких как мы. Именно из-за нас и будет война. «Таких журналистов нам не надо, я бы тебя сейчас собственноручно застрелил», — говорил он.
«Помеченные» ОМОНом
Ехали мы довольно долго, останавливались в каком-то месте, паковали других людей. Люди переговаривались через камеры, за разговоры ОМОНовцы грозили положить нас на пол, «а дальше сами знаете, что будет».
Мы слышали такой разговор ОМОНовцев:
-У нас столько-то помеченных, столько-то — нет.
— Сначала выводите помеченных.
Руслан был «помеченным». Всех, кого ОМОНовцы называли «помеченными», избивали.
Руслан кричал, что я беременна, чтобы меня не трогали. Меня вывели аккуратно, не толкали. Когда меня выводили, все «помеченные» лежали на земле. Их били и орали на них.
На выходе из автозака один из ОМОНовцев командовал, указывая на задержанных: «Этому дайте по почкам, а этому — в пресс!».
«Стой лицом к стене, сука!»
На меня не составили протокол. Руслан сидел в соседнем кабинете и я слышала, все, что там было. Он говорил: «Я — журналист, я пишу книги». ОМОНовцы просто смеялись, били его и хлопали в ладоши — им было весело.
На улице всех били, а в помещении ОМОНовцы как по щелчку переключались и начинали разговаривать адекватно.
Я говорила с девушкой-милиционером там. Спрашивала ее, не покалечат ли Руслана, не убьют ли. Она отвечала: «Ну что вы, это мы на улице все делаем для устрашения».
Правда, когда меня выводила девушка-милиционер, и я отворачивалась от стены, чтобы посмотреть, где Руслан, она орала мне: «Стой лицом к стене, сука! Еще раз повернешься, я тебе руку выверну».
Несколько слов от редакции Hrodna.Life
У Тани сразу несколько версий, почему ее отпустили, а Руслана — нет. «Руслан начал говорить, что я беременна. Может потому, что люди начали звонить и требовать отпустить. Возможно, милиционеры испугались, потому что все же ударили меня несколько раз, и потащили. Из-за проблем со здоровьем легко потерять…», — [в этот момент у Тани дрожит голос и выступают слезы, — Hrodna.Life].
Создается ощущение, что с 9 августа, с момента закрытия избирательных участков, в Беларуси перестали работать какие бы то ни было юридические законы, правила приличия или моральные обязательства. В 2020 году в тихом европейском городе Гродно вместе с беременной женой жестко задержан журналист Руслан Кулевич, просто выполнявший свою работу.
В пресс-службе УВД на вопросы редактора Hrodna.life о Руслане Кулевиче ответить не смогли ни 11 ни 12 августа. Ночью сотрудник отдела информации и пропаганды УВД Максим Базыленко посоветовал звонить дежурному в Октябрьский РОВД. Там поднимали и сразу же бросали трубку — и так более 10 раз. Утром сотрудник пресс-службы УВД Евгений Дудко также ничего не сказал и направил к сотруднице пресс-службы Октябрьского РОВД Марине Белко. Дозвониться ей нам не удалось.
Редакция Hrodna.Life требует немедленного освобождения своего сотрудника.
Читайте подробнее: Что происходило, пока не работал интернет. Брутальные задержания в Гродно
